добрый биоробот


1.
Я часто полагаю, что я прав. Потом я вспоминаю, что я умею быть эмпатом, вставать на место другого человека, принимаю его точку зрения. Точнее, стараюсь. А на самом деле всегда оказывается что-то третье.
Например, я делаю фотографию девушки-модели. Я думаю: ей может понравиться; и она может остаться равнодушной; на самом деле на следующее утро девушка пишет: «у меня тут ноги слишком худые».
И так каждый раз, всегда присутствует как минимум третий неучтённый вариант. Когда я уже научусь их распознавать.

2.
Я шёл по улице, увидел краем глаза почтовый ящик, вполне себе обычный; вспомнил, что на сайте студии Лебедева видел проект обновлённого почтового ящика; подумал, как много вещей эта студия пытается переделать, что в мелком масштабе, что в крупном, пытаясь дать всем понять, что только студия Лебедева знает, как правильнее и как круче, а это далеко не так; более того, пытаясь переделывать что-то в городском ландшафте, эти специалисты фактически разрушают облик города — ратуя за традиции, душевный подход и проч.
(По ассоциации вспомнил, как мой завкафедрой рассказывал о своём вселенском проекте «Ассоциативный словарь Саратовских школьников», да ещё так вдохновенно, словно это на самом деле нужный и важный проект — вовлёк в него десятки людей, а само исследование так ничего и не показало; хотя заявленные цели были вплоть до понимания становления природы языка в древности; мне кажется нескромно, что мои исследования по типологическому восстановлению грамматической структуры протоязыковых состояний были чуть честнее.)
Так вот, о городах. Таблички для слепых (набранные шрифтом Брайля) рядом с обычными на отделениях почты — это очень круто. И убрать сливную трубу, что была поперёк пандуса, тоже круто. А проекты обновлённых светофоров, чайников, копилок, почтовых ящиков и компьютерных мышей — это не круто и вторично.

3.
Люди любят критиковать и считают, что они умеют это делать.
Эпоху тому назад я прочитал статью о воспитании ребёнка, которая на первом месте показывала то, что если ребёнка больше хвалить за удачи, чем ругать за неудачи, то и прилагать усилия ребёнок будет к тому, чтобы повторять удачные поступки, а неудачи и плохое со временем рассеиваются. Люди — те же упомянутые дети. Единицы способны конструктивно воспринимать деструктивную критику.
Представьте себя на месте художника. Он три недели пишет пейзаж, доводит до немыслимого совершенства, а потом приходит друг и говорит: а что это у тебя блик от солнца похож на голую жопу купальщика? Сразу как-то руки и кисти опускаются в таких случаях. Это обратная крайность бездумного восхваления и обожествления. Единицы способны на конструктивную и адекватную критику; единицы стараются в первую очередь искать хорошее, а в десятую — недостатки.
Критика, указывающая на ошибки, полезна, но если присутствует только она, то у воспринимающего критику человека складывается ощущение, что всё плохо. А на самом деле критикующий просто не подумал сказать про хорошее, типа это и так очевидно.
Студенты удивляются, почему я в каждой их работе стараюсь найти что-то хорошее. А я просто стараюсь показать им их сильные стороны, которые можно ещё больше усиливать. Мне кажется, от этого больше проку, чем от того, что я просто перечислю минусы, не говоря, как их исправлять.
Если говорить изначально хорошее, а не плохое, то не будет непредвиденных реакций.

@темы: точки зрения, студия Лебедева, почтовые ящики, почта, лингвистика, критика, городской ландшафт, город, Лебедев, Записки наблюдательного дебуггера, Анализируй это, эмпатия